Традиция Великого Поста возникла в древней христианской церкви, до настоящего времени сохранилась в основном в Православной Церкви. Пост Святой Четырехдесятницы и Страстной седмицы называется Великим по особой важности и великости его установления и соблюдается в память сорокадневного поста Иисуса Христа, вскоре после Своего крещения удалившегося в пустыню.

Великий Пост –самый продолжительный и самый строгий. Первые два дня и последний день поста рекомендуется обходится без пищи, в остальные дни соблюдать умеренность и ограничивать себя в еде. Пост – это вовсе не диета, необходимая для сохранения здоровья физического, но соблюдение умеренности во всем во имя здоровья нравственного. В Великий Пост можно есть рыбу только в праздник Благовещения и в Вербное воскресенье. В субботу и в воскресенье разрешается употреблять в пищу вино и растительное масло.

Пост – это отрешение от излишнего общения, многоречивости, пустословия. Только ограничение себя в общении, углубление в духовную жизнь и позволяет по-иному оценить весомость и значимость слова, чтобы воистину понять, что слово – серебро, молчание – золото. Пост – это трудный путь, подвиг, преодоление, победа над самим собой, воспитание самодисциплины, требующиеся от каждого православного христианина.

Что же ели во время Великого Поста?
«...Едем на Постный Рынок... Народу гуще. Несут вязки сухих грибов, баранки, мешки с горохом. Везут на салазках редьку и кислую капусту... Какой же великий торг! Широкие плетушки на санях, - все клюква, клюква, все красное. Ссыпают в щепные короба и в ведра, тащат на головах.
- Самопервеющая клюква! Архангельская клю-кыва! И синяя морошка, и черника – на постные пироги и кисели. А вон брусника, в ней яблочки. Сколько же брусники! А вон капуста. Широкие кади на санях, кислый и вонький дух. Золотится от солнышка, сочнеет. Валят ее в ведерки и в ушаты, гребут горстями, похрустывают – не горчит ли? А вот и огурцами потянуло, крепким и свежим духом, укропным, хренным. Играют золотые огурцы в рассоле, пляшут. Вылавливают их ковшами, с палками укропа, с листом смородинным, с дубовым, с хренком... А вот вороха морковки – на пироги с лучком, и лук, и репа, и свекла, кроваво-сахарная, как арбуз. Кадки соленого арбуза, под капусткой поблескивает зеленой плешкой... А вон соленье: антоновка, морошка, крыжовник, румяная брусничка с белью, слива в кадках... Квас всякий – хлебный, кислощекий, солодовый, бражный, давний – с имбирем...
- По-остные блинки, с лучком!Гещ-щневые – ллуковые блинки! Трещат баранки. Сайки, баранки, сушки...калужские, боровские, жиздринские, - сахарные, розовые, горчичные, с анисом – с тмином, с сольцой и маком... переславские бублики, витушки, подковки, жавороночки...хлеб лимонный, маковый, с шафраном, ситный весовой с изюмцем, пеклеванный... А вот и медовый ряд. Пахнет церковно, воском. Малиновый, золотистый, - показывает Горкин, - этот называется печатный, этот стеклый, спускной...а который темный - с гречишки, а то господский светный, липнячок- подсед. Липовки, корыта, кадки... А вот - варенье. А там – стопками ледяных тарелок – великопостный сахар, похожий на лед зеленый, и розовый, и красный, и лимонный. А вон чернослив моченый, россыпи шепталы, изюмов, и мушмала, и винная ягода на вязках, и бурачки абрикоса с листиком, сахарная кунжутка, обсахаренная малинка и рябинка, синий изюм кувшинный, самонастояще постный, бруски помадки с елочками в желе, масляная халва, калужское тесто кулебякой, белевская пастила ... и пряники, пряники – нет конца... А вот и масло. На солнце бутыли – золотые: маковое, горчишное, орешное, подсолнечное...
- А вот лесная наша говядинка, грыб пошел! Грыбной ералаш, винигретные... Похлебный грыб сборный, ест прототоп соборный! Рыжики соленые-смоленые, монастырские, закусочные... Боровички можайские! Архиерейские грузди, нет сопливей! Лопаснинские отборные, в медовом уксусу, дамская прихоть, с мушиную головку, на зуб неловко, мельчей мелких!... ...Завалены грибами сани, кули, корзины... ». («Лето Господне» И.С. Шмелев)